BETTER BODIES: начало

В начале 80-х простая, но революционная идея привела к созданию Better Bodies. Все началось в городе грез.

* * *

В 1982 году Нью-Йорк был городом контрастов. Остро ощущалось противостояние севера и юга. 23-я улица казалась «границей» между двумя совершенно разными культурами. За 23-й улицей артисты и художники переделали пустые витрины в панк-дворцы, а склады – в центры искусств. Арендная плата, по сегодняшним меркам, выглядела мифической. Можно было переехать в центр Манхэттена с небольшим рюкзаком и всего за неделю найти квартиру и работу.  Творцы стекались в город, превращая его в фабрику грез.

Фитнес-индустрия Нью-Йорка, казалось, отражала ту же границу: на севере были роскошные оздоровительные клубы, на юге – тренажерные залы для мужчин-бодибилдеров. Женщины могли посещать только фитнес-клубы и студии аэробики. А единственным местом, где могли тренироваться и женщины, и мужчины, были оздоровительные клубы. Поэтому зачастую они служили местом для общения, а не для тренировок. В то время основатель Better Bodies Брайан Мосс работал в Американском музее естественной истории. «Я был экскурсоводом. Водил школьников по музею», – говорит Мосс. Он тренировался в спортзале для мужчин, ему нравилась хардкорная атмосфера зала, но чего-то все-равно не хватало.

 

 

«Он хотел открыть хардкорный зал.

Настоящую качалку, которая была бы открыта для всех».

 

В музее, сидя за своим столом во время обеденных перерывов, Мосс записывал мысли о новой концепции тренажерного зала. Он хотел открыть хардкорный зал, настоящую качалку, которая была бы открыта для всех. Куда женщинам не только разрешили бы приходить, но и были им по-настоящему рады. Хотя сегодня это кажется обычным делом, но в то время идея была радикальной. О преимуществах силовых тренировок для женщин тогда только начинали задумываться. В 1982 году, в пик моды на аэробику, рельефные мышцы считались «не женственными». Но Брайан Мосс знал, что женщины хотели тренироваться наравне с мужчинами. Они хотели быть здоровыми и сильными. Мосс понимал, что сейчас никто учитывает их потребности и интересы. Женщины не хотели, чтобы к ним относились как к неженкам и “слабому полу”.

Не забудьте включить русские субтитры!


После нескольких месяцев усердной работы Мосс создал логотип Better Bodies. Чтобы открыть  тренажерный зал, он долго экономил, затем занял 60 000 долларов. Как только появились деньги, Мосс нашел место площадью 4000 квадратных футов в квартале Флэтайрон на Манхэттене. В жаркий августовский день он вместе с партнерами по тренировкам и бизнесу, Майклом Алалофом и Беном Родригесом, арендовали грузовик и поехали в зал Мэтти Ферриньо в Бруклине. Старший Ферриньо (отец Лу) распродавал оборудование из подвальной качалки. Мосс и его партнеры взяли кое-что: стойки для приседаний, рамы для штанги, скамьи для жима, штанги и гантели. Только самое необходимое. И шестого сентября тренажерный зал «Better Bodies» распахнул свои двери.

 

«Это были люди из разных слоев общества,

но мы были равны, когда надевали спортивную одежду».

– Брайан Мосс

 

В своем пространстве Мосс стремился создать атмосферу общности и единения. Это был тренажерный зал, где никто никого не осуждал. Среди первых посетителей были художники, диджеи, писатели, поэты, культуристы, музыканты, офисные работники, модельеры, продюсеры. Все были разных национальностей и выходили из разных слоев общества. «Это были люди из разных слоев общества, но мы были равны, когда надевали спортивную одежду», – говорит Мосс.

Как и в большинстве залов того времени, там продавалась одежда для тренировки. По словам Мосса, «все началось с базовых вещей: это были футболки, майки, шорты и спортивные штаны. Черного, белого и серого цвета». Дизайн был стандартным, тогда все шилось по одним лекалам. От других вещей их отличал только логотип. И, конечно, в то время никто не учитывал особенности спортивного телосложения. Но у Мосса было решение: ножницы. «Я разрезал футболки и получал майки. Тогда многие просили, чтобы я порезал их футболки. У меня была особая техника, и я делал их максимально удобными». 

  

 

«В то время все известные культуристы и звезды фитнес-индустрии

посещали «Better Bodies», когда были в городе:

Ли Хейни, Ронни Коулман, Дориан Йейтс ...»

 

Если человек надевал футболку Better Bodies, это означало, что он серьезно подходит к тренировкам. А еще то, что он стал частью НОВОГО движения под названием Better Bodies. В то время все известные культуристы и звезды фитнес-индустрии посещали «Better Bodies», когда были в городе: Ли Хейни, Ронни Коулман, Дориан Йейтс и многие другие. Хоть одежда и была простой, но профессиональные бодибилдеры получили нечто особенное, не предлагавшееся ранее: на их майках был специальный логотип, который делал их частью КОМАНДЫ Better Bodies. Понятие «КОМАНДЫ» стало заметным явлением и для бодибилдинга, и для Better Bodies. «Когда ты выступаешь на сцене, ты один. Но все, что приводит тебя к этому, требует помощи других людей. Партнеры по тренировкам, друзья, любовники, семья, даже человек на стойке регистрации в тренажерном зале – все они становятся частью твоей команды», – рассказывает Мосс. Слово «КОМАНДА» было напечатано на обычных кусочках ткани, и Мосс попросил бабушку друга вручную пришить их на готовую одежду Better Bodies. Сегодня у каждого спортивного бренда есть своя «КОМАНДА», но началось все с надписи: «Team Better Bodies».

 

 

«Если человек надевал футболку Better Bodies, это

означало, что он серьезно подходит к тренировкам.

А еще то, что он стал частью НОВОГО движения...»

 

Возможно,  бренд Better Bodies никогда бы не стал успешным, если бы не Глэдис Португес. «Однажды она пришла с нами познакомиться. В то время мы еще строили зал. Она даже не искала работу, – зашла просто так. Это была счастливая случайность или судьба. Называйте, как хотите », – говорит Мосс. В то время Португес работала тренером в оздоровительном клубе на севере города. Она была почти не известна в мире фитнеса, но Мосс сразу понял, что в ней есть что-то особенное. Через год она снялась для своего первого журнального разворота. И вскоре стала популярной. Когда у Португес была фотосессия, Мосс следил, чтобы на ней была одежда Better Bodies. По словам Мосс, «с ростом ее популярности росла и популярность бренда. Она была одним из катализаторов славы». Португэс снялась для обложки «Flex», «Shape» и «Muscle & Fitness». И это было прорывом, ведь женщин, которые достигли такого успеха, почти не было. Ее привлекательность вскоре стала мейнстримом. Теперь ее приглашали такие журналы, как «Vogue». В конечном итоге Глэдис Португес вышла замуж за Жан-Клода Ван Дамма и прекратила сотрудничество с Better Bodies. Но ее след как в становлении бренда Better Bodies, так и в мире бодибилдинга неоценим: она доказала,  что накачанные женщины красивы.

 

 

«Если вы серьезно тренировались, Better Bodies

была вашей командой независимо от вашего пола,

цвета кожи или вероисповедания».

 

Вскоре начали поступать телефонные звонки со всех концов США с просьбой прислать одежду. Стало понятно, что Брайан Мосс не просто открыл тренажерный зал, он создал новое движение. Если вы серьезно тренировались, Better Bodies была вашей командой независимо от вашего пола, цвета кожи или вероисповедания.

Каждое из этих событий вдохновляло Мосса на новые открытия. И он, и его команда были молоды и бесстрашны, и Нью-Йорк вознаградил их.  В 1997 году Мосс продал свой тренажерный зал и стал популярным спортивным фотографом. Но о том времени он вспоминает с огромной благодарностью. «Это было настоящее волшебство», – говорит он.